Лещи Белгородского моря

Пасмурное, слегка морозное утро. Кружась в ветреном вальсе, опускались на землю легкие снежники. Я шел по натоптанной и уже не скользкой тропе, проложенной до меня тысячами рыболовов но льду Белгородского моря. Еще было темно, впереди цепочкой ярких далеких огней виднелась дамба водохранилища, а в обратной стороне, в направлении областного центра горели другие огоньки – это поселок Голая Пристань, своим названием напоминанали о давешней судоходности реки Северский Донец, давшей жизнь самому крупному водоему Белгородской области.

Ныне русло реки, некогда окруженное густым прибрежным ивняком, скрыто многими кубометрами воды, к нему и лежал мой путь. В районе дамбы русло отыскать непросто – ширина моря здесь достигает 4 км и лишь прошлый опыт и метки-камышинки, часто оставляемые рыболовами после удачной рыбалки помогают найти фарватер. Именно на его склонах большими стаями в эту пору кормятся лещи и подлещики, за которыми я сегодня пришел.

Десять лет назад, когда я был начинающим рыболовом, в самый первый раз мне удалось поймать 400-граммового подлещика. Меня и рыбу связывала мононить Ø16 мм, прочность которой сглаживала неумелые движения замерзших пальцев при стравливании и вытягивании и позволила пережить первую радость победы над серебристым «кругляком».

Лещи Белгородского моря
Сколько удовольствия, сколько задора было в зарождавшейся рыболовной душе! И с той рыбалки мне запомнилось это неповторимое ощущение – водить тяжелую рыбину на кругах…

Азбукой запали в душу советы бывалых: для ловли леща лучше использовать свинцовую «дробинку» или «овсинку», во время игры кивать сторожком нужно медленно и плавно, а после поимки подлещика необходимо обязательно вытереть слизь с лески.

Потом я зачастил на Соломинские плесы водохранилища (туда ходил удобный рейсовый автобус) в поиске подлещика, который активно отзывался на сдобренную молотыми семечками «кашу» из измельченных сухарей и муки. И в то же самое время, пока я оттачивал рыболовное мастерство на некрупных экземплярах вблизи города, был безумно рад любому «кругляку», в районе Масловой Пристани при прикормке мотылем совершенно обычными трофеями удильщиков становились килограммовые лещи, а нередко вваливались и бронзовые красавцы до 3 кг. Рвались лески, ломались багорики… Мне вновь захотелось вернуться сюда.

Рассвет шаг за шагом открывал взору утреннюю картину: кругом на белом фоне серого ледяного покрова чернели фигуры рыболовов. Особенно много их было на затопленном русле реки, и все находились в ожидании заветного лещового «выкида» кивка.

Жерлицей, переделанной под глубиномер простым добавлением свинцового груза, я измерил глубину в поисках русла. 3,5 м. . 4.5 м… Был найден русловый свал, далее на протяжении 10 м глубина изменялась с 4 до 7 м. наверняка тут были и коряги. Чем не идеальное лещовое место?
Лещи Белгородского моря
Оставив за собой струю воздушных пузырьков, в первую лунку опустилась полная кормушка, унося с собой слегка придавленного мотыля, за ней – вторая. В течение четверти часа я прикормил еще три лунки одну прямо на русле и две на разных этажах «бровки». Интересный факт: где-то в этом районе водохранилища под водой находится целая деревня, жители которой были переселены в село Графовка, что рядом с дамбой на высоком холмистом южном берегу нашего моря. А вообще, старые рыболовы рассказывают, что под водной гладью водохранилища скрыты еще и хутора, и три погоста, ранее примыкавшие к деревенькам, расположенным на берегах водоема.

После «стартового» кофе с ноткой бальзама из трав я разведал одну за другой прикормленные лунки, взяв самую тонкую снасть – на леске Ø0,1 мм было привязано серое вольфрамовое «зернышко» с белым кембриком и пучком мотылей. Движением мормышки управлял чувствительный кивок из кабаньей щетинки, точно передававший легкое прикосновение рыбы к насадке.

Во время игры вдруг последовало настойчивое «тук-тук»! На леща не похоже. Я подсек, оказавшаяся на леске тяжесть явно была незначительной. Вытащил на лед ладонного окуня. Что ж, видимо. полосатые первыми подошли на скопление рубиновых личинок. Попались еще несколько окуней и одна здоровенная плотва, клюнувшая на лунке над центром русла. Короткий клев внезапно затух.
Прошло с полчаса, и я уже начал подумывать о смене места, как вдруг во время проводки случилась осторожная, с виду похожая на атаку мелочи поклевка. Я уже было потянул удочку па себя, и вдруг…

О, это зрелище достойно самых лестных слов: кивок гордо взметнулся вверх, словно он победил силы гравитации, став невесомым. Четкая подсечка, и на леске, мягко ее натягивая, кто-то весомый начал чертить под водой знакомые круги. На льду оказался первый 300-граммовый подлещик. Он кувыркнулся несколько раз, поблескивая серебристой чешуей.
Лещи Белгородского моря
Вновь пучок мотыля, увлекаемый тяжестью вольфрама, скрылся в бездне лунки, и кивок принял рабочее положение.Он! И опять призывом расспрямилась щетинка, снова возникли знакомы ощущения, и полукилограммовый подлещик примкнул на льду к своему собрату.
Начало обнадеживающее и я был вправе ожидать продолжения клева.
Но поклевок больше не было, стало ясно: нужно облавливать другие прикормленные лунки. В течение часа на новых точках мне удалось поймать с десяток подлещиков до 600 г весом, а затем клев повсюду стих окончательно. Плавная «лещовая» игра мормышкой больше не помогала. Рыба полностью игнорировала приманку.

Подумав, я решил поступить следующим образом: во все 4 до этого момента «клевые» лунки вновь опускаю по кормушке мотыля, и на каждой устанавливаю по одной удочке с длинным пластичным кивком, рассчитывая с расстояния в несколько метров увидеть поклевку. Однако такой маневр не помог изменить ситуацию. В течение получаса стояла почти полная тишина, только изредка на разных удочках вздрагивали и немножко приподнимались кивки, но тут же опускались на место. Похоже, рыба крутилась рядом и боком задевала лески с мормышками.

Я взял одну из удочек, расположенную как раз над русловой бровкой, и решил сделать быструю размашистую проводку. Иногда такой способ помогал расшевелить рыбу. По моему разумению, этот стиль игры мормышкой хоть и не лещовый, но должен привлечь к мотылю разную рыбу, стоящую поблизости. И вдру в конце проводки, на расстоянии метра от дна кивок уверенно «вскинулся». Подсечка, и на тоненькой леске повисло нечто тяжелое, двинувшееся «кругами». Через несколько минут борьбы мне удалось занести в лунку и забагрить 800-граммового подлещика. К моему большому удивлению, повторив проводку в том же стиле, я сразу поймал еще одного «бронзовяка» чуть меньшего веса, а затем -и еще троих весом до 0,5 кг.

После прекращения клева здесь я решил подобным образом проверить другие прикормленные лунки, над которыми склонились в задумчивости неподвижные кивки. На каждой из них на те же удочки, до того пребывшие в состоянии покоя, я поймал по 5-7 рыб весом 300-600 г, и все они попалась при интенсивном темпе и большой амплитуде колебаний кивка во время проводки. Затем клев и здесь стих.

Для дальнейшей ловли я оставил только удочку с маленькой вольфрамовой «капелькой» и по очереди начал облавливать лунки – одну, другую, третью… Есть поклевка! На сей раз попалось что-то солидное. Леска натянулась до предела, и казалось, будь рывки рыбы чуть сильнее, она бы точно не выдержала.
Лещи Белгородского моря
Но лещ – довольно меланхоличный, темперамент он начал проявлять уже будучи подвенным под лунку, пришлось пару раз стравливать леску. Наконец я подбагрил его и вытащил на лед килограммового красавца.

Так я и бегал по своим прикормленным лункам, периодически вытаскивая из них разномастных подлещиков. Однако ближе к вечеру начала все чаще попадаться мелочь. И вот что интересно: картина лещового клева на всех лунках была примерно одинаковой: сначала брал более крупный экземпляр, причем высоко от дна, затем активизировалась мелочь, практически не перестававшая теребить мормышку с насадкой. Но стоило поменять лунку -все почти каждый раз повторялось. Поклевки начинались с крупной рыбы.

В конце дня на одной из лунок возле дна произошла поклевка, схожая с окуневой – кивок неуверенно дернулся вниз. Я подсек. На леске повисла неведомая тяжесть, мононить аж загудела, передавая собственное напряжение моим нервам. Вверх – вниз, влево -вправо, вновь движение по вертикали – затанцевала под водой рыба… В том, что противником стал лещ, я не сомневался – уж очень типичным было его «круговое» поведение при вываживании. Наконец под лункой всплыл настоящий бронзовый «поднос», я совершил точное движение багориком и, свернув леща почти трубочкой, достал его на лед. Хорош, трубогубый! 1.5 кг в нем было точно!

После этого как что-то изменилось. Продолжил рыбалку, но стал к брать только мелкие подлещики, порой даже «фанерки». Они клевали со дна даже на неподвижную мормышку. А вскоре начало темнеть, на лед слетелись вороны – подбирать после рыболовов мелочь, так что настало время собирать весомый улов и отправляться домой.

Взвалив на сиину тяжеленный ящик, я не спеша зашагал по тропинке к берегу, довольный и выпавшей удачей, и собственной смекалкой, позволившей подобрать к рыбе верный ключик.


А. Барсуков.
По материалам журнала РЫБОЛОВ

Поделиться ссылкой: